Игры с интересным сюжетом

Особенно меня поразили три вещи:
1. По мере исследования станций можно найти компьютер с тестом-опросником по поводу того, как Вы относитесь к проекту Ковчег. Когда я отвечал на них, в большинстве случаев я отвечал негативно или вариантом в стиле "я не знаю". После копирования в Ковчег я прошёл тест с очень похожими вопросами (или даже идентичными) и там уже отвечал положительно на ВСЕ вопросы. Разработчики использовали очень классный приём повторения, чтобы показать игроку, насколько изменилось его отношение к вещам в начале и в конце игры.

2. Решения по поводу отключения/убийства некоторых персонажей. В том числе, своей копии и WAU. Пока я играл, я старался действовать как можно более положительно. ВАУ я оставил в живых, последнюю из людей я тоже оставил в живых, но убил свою копию. Мне казалось, что я принимаю правильные решения. Но концовка... концовка дала мне понять, что я, возможно, ошибался. Разработчики использовали интересный приём - при первом копировании они продолжили повествование от лица новой копии. И дали возможность решить, что сделать со старой. А в финале они продемонстрировали обратное - поставили нас на место именно той старой копии, которую мы убили или не убили в прошлом. И дали понять, как это ужасно - оставаться одному в этом умирающем мире ужасов. Если раньше мне казалось, что я по причинам милосердия оставлял персонажей жить, то после концовки я задумался - а не обрёк ли я их на долгие страдания в одиночестве? Представьте себя на месте Саймона, который после первого копирования остался в кресле и очнулся через трое суток, если вы оставили его в живых. Никого рядом нет. Кейт пропала, омнитул пропал, второй костюм пропал, его все бросили, ему некуда идти и нет средств к спасению. Он один.

3. WAU. Фактически, главный антагонист в игре - к концу оборачивается чуть ли не спасителем. Почему? ИИ этот был разработан с единственной целью - сохранить жизнь людей на станции. После падения астероида условия существования резко ухудшились и ВАУ решило использовать технический унигель для сохранения последних людей и продления их жизни. Ведь те монстры-прокси, что ходят по станциям - они либо роботы, управляемые WAU, либо реанимированные трупы сотрудников. Среди них нет живых людей (за исключением Терри Акерса, но он - уникальный случай). Живые же люди встречаются нам, висящими на стенах в куче проводов в стекающего унигеля, стонают и бормочат что-то невнятное. Можно подумать "Хоспади Боже, как же они страдают". Но все меняет одна заскриптованная сцена, которую можно случайно даже и пропустить. После падения в лифтовую шахту можно пойти прямо мимо поезда, а можно свернуть налево - за дверью будет лестница, по которой на вас быстро выбежит Акерс, схватит и прижмёт к стене. Далее вы увидете галлюцинацию-образ, где вы сидите дома, с вами ваша девушка, вы влюблены, всё хорошо и прекрасно. Но Саймон приходит в себя и вырывается из унигеля. Оказывается, что он подвешен на стену как и те стонающие люди, что встречались раньше. Значит, они не страдают. WAU замуровала их в стенах, подарив им бесконечную (или почти бесконечную) жизнь, и наводя на них воспоминания и образы счастливых моментов жизни вместо созерцания серых стен лабораторий, из которых им никогда не выбраться и медленного сумасшествия. Разве WAU не выполняло свою задачу? Разве оно не старалось, как могло? Кроме того именно WAU оживило Саймона, не как попытку оживить бывшего сотрудника, не как попытку сделать нового прокси. Оно использовано образец модели мозга, который вообще к станции никакого отношения не имел. Значит, WAU не только старалось сохранить ту жизнь, что оставалась (пусть лишив её воли), но также пыталось создать и разнообразить новую жизнь. Кроме всего прочего, новые создания прокси могут в будущем стать теми существами, что смогут вернуться на поверхность Земли, благодаря унигелю и почти что бессмертию, в отличии от людей в их исходной биологической форме, для которой всё кончено.